Новости Родителям Праздники Игротека Здоровье Библиотека Воспитание Развитие Форум
Популярные рубрики
Поиск
 

Виталий Валентинович Бианки

Красная горка

Чик был молодой красноголовый воробей. Когда ему исполнился год отрождения, он женился на Чирике и решил зажить своим домком.

- Чик, - сказала Чирика на воробьином языке, - Чик, а где же мы устроимсебе гнездо? Ведь все дупла в нашем саду уже заняты.

- Эка штука! - ответил Чик, тоже, конечно, по-воробьиному. - Ну,выгоним соседей из дому и займем их дупло.

Он очень любил драться и обрадовался такому удобному случаю показатьЧирике свою удаль. И, раньше чем робкая Чирика успела его остановить, онсорвался с ветки и помчался к большой рябине с дуплом. Там жил его сосед -такой же молодой воробей, как Чик.

Хозяина около дома не было.

"Заберусь в дупло, - решил Чик, - а когда прилетит хозяин, будукричать, что он хочет отбить у меня дом. Слетятся старики - и вот зададимсоседу!"

Он и забыл совсем, что сосед женат и жена его уже пятый день мастеритгнездо в дупле.

Только Чик просунул в дырку голову, - рраз! - кто-то больно щелкнул егопо носу. Пискнул Чик и отскочил от дупла. А сзади уже мчался на него сосед.С криком сшиблись они в воздухе, упали на землю, сцепились и покатились вканаву.

Чик дрался на славу, и соседу его приходилось уже плохо. Но на шумдраки со всего сада слетелись старики воробьи. Они сейчас же разобрали, ктоправ, кто виноват, и задали Чику такую встрепку, что он не помнил, как ивырвался от них.

В себя пришел Чик в каких-то кустах, где прежде ему никогда неслучалось бывать. Все косточки у него ныли.

Рядом с ним сидела перепуганная Чирика.

- Чик! - сказала она так грустно, что он, верно бы, расплакался, если бтолько воробьи умели плакать. - Чик, мы теперь никогда больше не вернемся вродной сад! Где мы выведем теперь детей?

Чик и сам понимал, что ему нельзя больше попадаться на глаза старикамворобьям, они забьют его насмерть. Все-таки он не хотел показать Чирике, чтотрусит. Поправил клювом свои растрепанные перышки, немножко отдышался исказал беспечно:

- Эка штука! Найдем себе другое место, еще получше.

И они отправились куда глаза глядят - искать себе новое место дляжитья.

Только вылетели они из кустов, как очутились на берегу веселой голубойреки. За рекой поднималась высокая-высокая гора из красной глины и песка.Под самой вершиной обрыва виднелось множество дырок и норок. У больших дыроксидели парочками галки и рыжие соколки-пустельги; из маленьких норок то идело вылетали быстрые ласточки-береговушки. Целая стая их легкой тучкойносилась над обрывом.

- Смотри, как у них весело! - сказала Чирика. - Давай и мы устроим себегнездо на Красной горке.

Чик с опаской поглядел на соколков и галок. Он думал: "Хорошобереговушкам: они сами копают себе норки в песке. А мне чужое гнездоотбивать?" И снова у него заныли сразу все косточки.

- Нет, - сказал он, - тут мне не нравится: такой шум, прямо оглохнутьможно.

И они полетели дальше. Дальше была роща, а за рощей - домик с дощатымсараем.

Чик и Чирика опустились на крышу сарая. Чик сразу заметил, что тут нетни воробьев, ни ласточек.

- Вот где житье-то! - радостно сказал он Чирике. - Гляди, сколькоразбросано по двору зерна и крошек. Мы будем тут одни и никого к себе непустим.

- Чш! - шикнула Чирика. - Смотри, какое страшилище там, на крыльце.

И правда: на крыльце спал толстый Рыжий Кот.

- Эка штука! - храбро сказал Чик. - Что он нам сделает? Гляди, вот какя его сейчас!..

Он слетел с крыши и так стремительно понесся на Кота, что Чирика дажевскрикнула.

Но Чик ловко подхватил у Кота из-под носа хлебную крошку и - раз-раз! -опять уже был на крыше.

Кот даже не шевельнулся, только приоткрыл один глаз и зорко поглядел назабияку.

- Видела? - хвастал Чик. - А ты боишься!

Чирика не стала с ним спорить, и оба принялись искать удобное место длягнезда.

Выбрали широкую щель под крышей сарая.

Сюда принялись они таскать сначала солому, потом конский волос, пух иперья.

Не прошло и недели, как Чирика положила в гнездо первое яичко -маленькое, все в розовато-бурых пестринках. Чик был так рад ему, что сложилдаже песенку в честь своей жены и себя самого:

Чирик, Чик-чик, Чирик, Чик-чик, Чики-чики-чики-чики, Чики, Чик, Чирик!

Песенка эта решительно ничего не значила, зато ее так удобно былораспевать, прыгая по забору.

Когда в гнезде стало шесть яичек, Чирика села их высиживать.

Чик полетел собирать для нее червячков и мух, потому что теперь ее надобыло кормить нежной пищей. Он замешкался немного, и Чирике захотелосьпоглядеть, где он.

Только она высунула нос из щели, как с крыши протянулась за ней рыжаялапа с растопыренными когтями. Рванулась Чирика - и целый пучок перьевоставила в когтях у Кота. Еще чуть-чуть - и была бы ее песенка спета.

Кот проводил ее глазами, запустил в щель лапу и выволок разом всегнездо - целый ком соломы, перьев и пуха. Напрасно кричала Чирика, напрасноподоспевший Чик смело кидался на Кота, - никто не пришел им на помощь. Рыжийразбойник преспокойно съел все шесть их драгоценных яичек. Ветер поднялпустое легкое гнездо и скинул его с крыши на землю.

В тот же день воробьи навсегда покинули сарай и переселились в рощу,подальше от Рыжего Кота.

В роще им скоро посчастливилось найти свободное дупло. Они сновапринялись таскать солому и целую неделю трудились, строили гнездо.

В соседях у них жили толстоклювый Зяблик с Зяблихой, пестрые Мухолов сМухоловкой и франтоватый Щегол со Щеглихой. У каждой пары был свой дом, пищихватало всем, но Чик успел уже подраться с соседями - просто так, чтобыпоказать им, какой он храбрый и сильный.

Только Зяблик оказался посильней его и хорошо потрепал забияку. ТогдаЧик стал осторожней. Он уже не лез в драку, а только топорщил перья изадиристо чирикал, когда мимо пролетал кто-нибудь из соседей. За это соседина него не сердились: они и сами любили похвастать перед другими своей силойи удалью.

Жили спокойно, пока вдруг не стряслась беда.

Первый поднял тревогу Зяблик. Он жил дальше других от воробьев, но Чикуслышал его громкое тревожное: рюм-пиньк-пиньк! рюм-пиньк-пиньк!

- Скорей, скорей! - крикнул Чик Чирике. - Слышишь: Зяблик запинькал -опасность!

И правда: кто-то страшный к ним приближался. После Зяблика закричалЩегол, а там и Пестрый Мухолов. Мухолов жил всего за четыре дерева отворобьев. Если уж он увидел врага, - значит, враг был совсем близко.

Чирика вылетела из дупла и села на ветку рядом с Чиком. Соседипредупредили их об опасности, они приготовились встретить ее лицом к лицу.

В кустах мелькнула пушистая рыжая шерсть, и лютый враг их - Кот - вышелна открытое место. Он видел, что соседи уже выдали его воробьям и ему теперьне поймать Чирику в гнезде. Он злился.

Вдруг кончик его хвоста зашевелился в траве, глаза прищурились: Котувидел дупло. Что же, ведь и полдюжины воробьиных яиц - неплохой завтрак. ИКот облизнулся. Он вскарабкался на дерево и запустил в дупло лапу.

Чик и Чирика подняли крик на всю рощу.

Но и тут никто не пришел к ним на помощь. Соседи сидели по своим местами громко кричали от страха. Каждая пара боялась за свой дом.

Кот зацепил когтями гнездо и вытащил его из дупла.

Но в этот раз он пришел слишком рано: яиц в гнезде не оказалось,сколько он ни искал.

Тогда он кинул гнездо и сам спустился на землю. Воробьи провожали егокриком.

У самых кустов Кот остановился и обернулся к ним с таким видом, точнохотел сказать:

"Погодите, миленькие, погодите! Никуда вы от меня не денетесь!Устраивайте себе новое гнездо где хотите, выводите птенцов, а я приду ислопаю их, да и вас заодно".

И он так грозно фыркнул, что Чирика вздрогнула от страха.

Кот ушел, а Чик с Чирикой остались горевать у разоренного гнезда.Наконец Чирика сказала:

- Чик, ведь через несколько дней у меня непременно будет новое яичко.Летим скорей, найдем себе местечко где-нибудь за рекой. Там уж Кот недостанет нас.

Она и не знала, что через реку есть мост и что Кот частенько хаживаетпо этому мосту. Чик этого тоже не знал.

- Летим, - согласился он.

И они полетели.

Скоро очутились они под самой Красной горкой.

- К нам, к нам летите! - кричали им береговушки на своем, наласточкином, языке. - У нас на Красной горке житье дружное, веселое.

- Да, - крикнул им Чик, - а сами драться будете!

- Зачем нам драться? - отвечали береговушки. - У нас над рекой мошек навсех хватает, у нас на Красной горке пустых норок много - выбирай любую.

- А пустельги? А галки? - не унимался Чик.

- Пустельги ловят себе в полях кузнечиков и мышей. Нас они не трогают.Мы все в дружбе.

И Чирика сказала:

- Летали мы с тобой, Чик, летали, а краше этого места не видели. Давайтут жить.

- Что ж, - сдался Чик, - раз норки у них есть свободные и драться никтоне будет, можно попробовать.

Подлетели они к горе, и верно: ни пустельги их не тронули, ни галки.

Стали норку себе по вкусу выбирать: чтобы и не очень глубокая была, ивход пошире. Нашлись такие две рядом.

В одной они гнездо выстроили и Чирика высиживать села, в другой Чикночевал.

У береговушек, у галок, у соколков - у всех давно уже вывелись птенцы.Одна Чирика терпеливо сидела в темной своей норке. Чик с утра до ночи таскалей туда еду.

Прошло две недели. Рыжий Кот не показывался. Воробьи уж и забыли о нем.

Чик с нетерпением ждал птенцов. Каждый раз, как притаскивал он Чирикечервяка или муху, он спрашивал ее:

- Тукают?

- Нет, еще не тукают.

- А скоро будут?

- Скоро, скоро, - терпеливо отвечала Чирика.

Однажды утром Чирика позвала его из норки:

- Лети скорей: один тукнул!

Чик сейчас же примчался в гнездо. Тут он услышал, как в одном яйцептенчик чуть слышно тукал в скорлупу слабым клювиком. Чирика осторожнопомогла ему: надломила скорлупку в разных местах.

Прошло несколько минут, и птенчик показался из яйца - крошечный, голый,слепой. На тоненькой шейке моталась большая голая голова.

- Да какой он смешной! - удивился Чик.

- Совсем не смешной! - обиделась Чирика. - Очень хорошенький птенчик. Атебе нечего тут делать, бери вот скорлупки да закинь их куда-нибудь подальшеот гнезда.

Пока Чик относил скорлупки, выклевался второй птенчик и началпостукивать третий.

Вот тут-то и началась тревога на Красной горке.

Из своей норки воробьи услышали, как пронзительно вдруг закричалиласточки. Чик выскочил наружу и сейчас же вернулся с известием, что РыжийКот карабкается по обрыву.

- Он видел меня! - кричал Чик. - Он сейчас будет здесь и вытащит насвместе с птенцами. Скорей, скорей летим прочь отсюда!

- Нет, - грустно ответила Чирика. - Никуда я не полечу от маленькихмоих птенчиков. Пусть будет, что будет.

И сколько ни звал Чик, она и с места не тронулась.

Тогда Чик вылетел из норки и стал, как сумасшедший, кидаться на Кота. А

Кот лез и лез по обрыву. Тучей вились над ним ласточки, с криком летели навыручку к ним галки и пустельги.

Кот быстро вскарабкался наверх и уцепился лапой за край норки. Теперьему оставалось только просунуть другую лапу за гнездом и вытащить его вместес Чирикой, птенцами и яйцами.

Но в эту минуту одна пустельга клюнула его в хвост, другая - в голову идве галки ударили в спину.

Кот зашипел от боли, повернулся и хотел схватить птиц передними лапами.Но птицы увернулись, и он кубарем покатился вниз. Ему не за что былоуцепиться: песок сыпался вместе с ним, и чем дальше, тем скорей, чем дальше,тем скорей...

Птицам стало уже не видно, где Кот: с обрыва неслось только облакокрасной пыли. Плюх! - и облако остановилось над водой. Когда оно рассеялось,птицы увидели мокрую кошачью голову посредине реки, а сзади поспевал Чик иклевал Кота в затылок.

Кот переплыл реку и выбрался на берег. Чик и тут от него не отставал.Кот был так напуган, что не посмел схватить его, задрал мокрый хвост игалопом помчался домой.

С той поры ни разу не видели на Красной горке Рыжего Кота.

Чирика спокойно вывела шестерых птенцов, а немного погодя и ещешестерых, и все они остались жить в свободных ласточкиных гнездах.

А Чик перестал задирать соседей и крепко подружился с ласточками.