Новости Родителям Праздники Игротека Здоровье Библиотека Воспитание Развитие Форум
Популярные рубрики
Поиск
 

Павел Петрович Бажов

Тараканье Мыло

В наших-то правителях дураков все-таки многонько было. Инойудумает, так сразу голова заболит, как услышишь. А хуже всего с немцамиприходилось. Другого хоть урезонить можно, а этих - никак. Свое твердят;

- О! Я ошень понималь!

Одному такому - не то он в министрах служил, не то еще выше - ипришло в башку наших горщиков уму-разуму учить. По немецкому положению,первым делом ученого немца в здешние места привез. Он, дескать, новыеместа покажет, где какой камень искать, да еще такие камни отыщет, прокоторые никто и не слыхивал.

Вот приехал этот немец. Из себя худощавый, а видный. Ходитфорсисто, говорит с растяжкой. В очках.

Стал этот приезжий по нашим горочкам расхаживать. По старым,конечно, разработкам норовит. Так-то, видно, ему сподручнее показалось.

Подберет какой камешок, оглядит, подымет руку вверх и скажет сважностью:

- Это есть желесный рута!

- Это есть метный рута!

Или еще там что.

Скажет так-то и на всех свысока поглядывает: вот, дескать, якакой понимающий. Когда с полчаса долдонит, а сам головой мотает,руками размахивает. Прямо сказать, до поту старался. Известно, деньгиплачены - он, значит, видимость и оказывал.

Горное начальство, может, половину того пустоговорья непонимало, а только про себя смекало: раз этот немец от вышнегоначальства присланный, не прекословить же ему. Начальство, значит,слушает немца, спины гнет да приговаривает:

- Так точно, ваше немецкое- благородие. Истинную правду изволитеговорить. Такой камешок тут и добывался.

Старым горщикам это немцево похождение за обиду пришлось.

- Как так? Все горы-ложки исходили, исползали, всякий следок-поводок к камню понимать можем, а тут на-ко - привезли незнамогочеловека, и будто он больше нашего в наших местах понимает. Зря деньгибросили.

Ну, нашлись и такие, кто на немецкую руку потянул. Известно,начальству угодить желают. Разговор повели: он-де шибко ученый, вгенеральских чинах да еще из самой середки немецкой земли, а там,сказывают, народ вовсе дошлый: с тараканов сало сымают да мыло варят.

За спор у стариков дело пошло, а тут на это время случился АфоняХрусталек. Мужичонка еще не старый, а на славе. Он из гранильщиков был.Места, где дорогой камешок родится, до пятнышка знал. И Хрустальком егонедаром прозвали. Он, видишь, из горных хрусталей, а то и вовсе изстекла дорогие камешки выгонял. И так ловко сделает, что кто ипонимающий не сразу в этой афониной поделке разберется. Вот за это ипрозвали его Хрустальком.

Ну, Афоня на то не обижался.

- Что ж, - говорит, - хрусталек не простая галька: рядом сдорогим камнем растет, а когда солнышко ловко придется, так и вовсезаиграет, не хуже настоящего.

Послушал это Афоня насчет тараканьего мыла, да и говорит:

- Пущай немец сам тем мылом моется. У нас лучше того придумано.

- Как так? - спрашивают.

- Очень, - отвечает, - просто: выпарился в бане докрасна, даокатился полной шайкой, и ходи всю неделю, как новенький.

Старики, которые на немца обнадеживались, слышат, к чему Афоняклонит, говорят ему:

- Ты, Афоня, заграничную науку не опровергай.

- Я, - отвечает, - и не опровергаю, а про то говорю, что и мы небез науки живем, и еще никто не смерил, чья наука выше. В том хитростимало, что на старых отвалах руду узнать. А ты попробуй новое местопоказать, либо в огранке разобраться, тогда видно будет, сколько ты вделе понятия имеешь. Пусть-ко твой немец ко мне зайдет. Погляжу я, какон в камнях разбирается.

Про этот афонин разговор потом вспомнили, как немец захотел напамять про здешние места топазову печатку заказать. Кто-то возьми инадоумь:

- Лучше Афони Хрусталька ни у кого теперь печаточных камней ненайдешь.

Старики, которые на немецку руку, стали отговаривать:

- Не было бы тут подделки!

А немец хвалится:

- О, мой это карошо знайт! Натураль-камень лютше всех объяснятьмогу.

Раз так выхваляется, что сделаешь - свели к Афоне, а тот ипоказал немцу камешки своей чистой работы. Не разобрал ведь немец! Дветопазовые печатки в свою немецкую сторону увез да там и показывает: вот,дескать, какой настоящий топаз бывает. А Хрусталек все-таки написал емуписьмецо.

- Так и так, ваше немецкое благородие. Надо бы тебе сперва очкитараканьим мылом промыть, а то плохо видишь. Печатки-то из жареногостекла тобой куплены.

Горный начальник, как прослышал про это письмецо, накинулся наАфоню:

- Как ты смел, такой-сякой, ученого немца конфузить!

Ну, Хрусталек не из пужливых был. На эти слова и говорит:

- Он сам себя, поди-ко, сконфузил. Взялся здешним горщикам камнипоказывать, а у самого толку нет, чтобы натурный камень от бутылочногостекла отличить.

Загнали все-таки Афоню в каталажку. Посидел он сколько-то, анемец-то так и не откликнулся. Тоже, видно, стыд поимел. А наши прозвалиэтого немца - Тараканье Мыло.