Новости Родителям Праздники Игротека Здоровье Библиотека Воспитание Развитие Форум
Популярные рубрики
Поиск
 

Павел Петрович Бажов

Васина гора

Ровным-то местом мы тут не больно богаты. Все у нас горы даложки, ложки да горы. Не обойдешь их, не объедешь. Гора, конечно, горерознь. Иную никто и в примету не берет, а другую не то что в своейокруге, а и дальние люди знают: на слуху она, на славе.

Одна такая гора у самого нашего завода пришлась. Сперва сверсту, а то и больше такой тянигуж, что и крепкая лошадка налегке идет,и та в мыле, а дальше еще надо взлобышек одолеть, вроде гребешка самоготрудного подъему. Что говорить, приметная горка. Раз пройдешь, либопроедешь, надолго запомнишь и другим сказывать станешь.

По самому гребню этой горы проходила грань: кончался нашзаводский выгон, и начиналась казенная лесная дача. Тут, ясное дело,загородка была поставлена и проездные ворота имелись. Только эти ворота- одна видимость. По старому трактовому положению их и на минутузапереть было нельзя. Железных дорог в ту пору по здешним краям не было,и по главному Сибирскому тракту шли и ехали, можно сказать, безпередышки днем и ночью.

Скотину в ту сторону пропустить хуже всего, потому - сразу отзагородки шел вековой ельник, самое глухое место. Какая коровенка либоовечка проберется, - не найдешь ее, а скаты горы не зря звались Волчьимипадями. Зимами и люди мимо них с опаской ходили, даром что рядомСибирский тракт гудел.

Сторожить у проездных ворот в таком месте не всякому доверишь.Надежный человек требуется. Наши общественники долго такого искали. Ну,нашли все-таки. Из служилых был, Василием звали, а как по отчеству да попрозванью, - не знаю. Из здешних родом. В молодых годах его на военнуюслужбу взяли, да он скоро отвоевался: пришел домой на деревяшке.

Близких родных, видно, у этого Василия не было. Свою семью незавел. Так и жил бобылем в своей избушке, а она как раз в той стороне,где эта самая гора. Пенсион солдатский по старому положению в копейкахна год считался, на хлеб не хватало, а кормиться чем-то надо. Василий иприспособился, по-нашему говорится, к сидячему ремеслу: чеботарил помалости, хомуты тоже поправлял, корзинки на продажу плел, разную мелочько кроснам налаживал. Работа все копеечная, не разживешься с такой.Василий хоть не жаловался, а все видели, - бьется мужик. Тогдаобщественники и говорят:

- Чем тебе тут сидеть, переходи-ка в избушку при проездныхворотах на горе. Приплачивать будем за караул.

- Почему, - отвечает, - миру не послужить? Только мне надеревяге не больно способно скотину отгонять. Коли какого мальчонку вподручные ставить будете, так и разговору конец.

Общественники согласились, и вскоре этот служивый перебрался визбушку при проездных воротах. Избушка, понятно, маленькая, полевая, дамного ли бобылю надо: печурку, чтоб похлебку либо кашу сварить, нары дляспанья да место под окошком, где чеботарскую седулку поставить. Василийи прижился тут на долгие годы. Сперва его дядей Васей звали, потом сталдед Василий. И за горой его имя укоренилось. Не то что наши заводские, аи чужедальние, кому часто приходилось ездить либо с обозами ходить поСибирскому тракту, знали Васину гору. Многие проезжающие знали и самогостарика. Иной раз покупали у него разную мелочь, подшучивали:

- Ты бы, дед, хоть по вершку в год гору снимал, все-таки легчебы стало. Дед на это одно говорил:

- Не снимать, а наращивать бы надо, потому эта гора человеку напользу.

Проезжающие начинают допрашиваться, почему так, а дед Василийэти разговоры отводил:

- Поедешь дальше, дела-то в дороге немного, ты и подумай.

Подручных ребятишек у деда Василия перебывало много. Поставяткакого-нибудь мальчонку десятилетка из сироток, он и ходит при этом делегод либо два, пока не подрастет для другой работы, а дальше к деду Васедругого нарядят. А ведь годы-то наши, как вешний ручей с горы, бегут,крутятся, что и глазом не уследишь. Через десяток годов, глядишь, первыйподручный сам семьей обзавелся, а через другой десяток у него своипарнишки в подручные к деду Василию поспели. Так и накопилось в нашемзаводе этаких выучеников Васиной горы не один десяток. Разных, понятно,лет. Одни еще вовсе молодые, другие настоящие взрослые, в самой поре, абыли и такие, что до седых волос уж дотянулись, а примета у всех у ниходна: на работу не боязливы и при трудном случае руками не разводят. Даеще приметили, что эти люди норовят своих ребятишек хоть на один год кдеду Василию в подручные определить, и не от сиротства либо какихнедостатков, а при полной даже хозяйственности. Случалось, перекорялисьиз-за этого один с другим: моя очередь, твой-то парнишка годик иподождать может, а моему самая пора.

Люди, конечно, любопытствовали, в чем тут штука, а эти выученикиВасиной горы и не таились. В досужий час сами любили порассказать, какони в подручных у деда Василия ходили и чему научились.

Всяк, понятно, говорил своим словом, а на одно выходило.

Место у проездных ворот на Васиной горе вовсе хлопотливое было.Не то что за скотом, а и за обозниками доглядывать требовалось: набольшой дороге, известно, без баловства не проходит. Иной обозник где-нибудь на выезде из завода прихватит барашка, да и ведет его потихонькуза своим возом. Забивать, конечно, опасались, потому тогда и досмертного случаю достукаться можно. Наши заводские тоже ведь на большойдороге выросли, им в таком разе обозников щадить не доводилось. С живымбараном куда легче. Всегда отговориться было можно: подобралиприблудного, сам увязался за хлебушком, видно, - отогнать не можем. Аотдашь, и вовсе люди вязаться не станут, поругаются только вдогонку дапогрозят. Караулу, выходит, крепко посматривать надо было.

Ну, все-таки сколь ни беспокойно было при этих проездныхворотах, а досуг тоже был. Старик в такие часы за работой своей сидел, аподручному мальчонке что делать? Отлучаться в лес, либо на сторонустарик не дозволял. Известно, солдатская косточка, приучен к службе. Скараула разве можно? Строго на этот счет у него было. Парнишке, значит,в такие досужие часы одна забава оставалась- на прохожих да на проезжихглядеть. А тракт в том месте как по линейке вытянулся. С вершины в ту идругую сторону далеко видно, кто подымается, кто спускается. Поглядитэтак, поглядит мальчонка, да и спрашивает у старика:

- Дедо, я вот что приметил. Подымется человек на нашу гору хотьс этой стороны и непременно оглянется, а дальше разница выходит. Одинбудто и силы небольшой, и на возрасте, пойдет вперед веселехонек, как вживой воде искупался, а другой - случается, по виду могутный - вдругголову повесит и под гору плетется, как ушиб его кто. Почему такое?

Дед Василий и говорит:

- А ты сам спроси у них, чего они позади себя ищут, тогда иузнаешь.

Мальчонка так и делает, начинает у прохожих спрашивать, зачемони на перевале горы оглядываются. Иной, понятно, и цыкнет, а другиеотвечали честь-честью. Только вот диво - ответы тоже на два конца. Те,кто идет дальше веселым, говорят:

- Ну, как не поглядеть. Экую гору одолел, дальше и боятьсянечего. Все одолею. Потому и весело мне.

Другие опять стонут:

- Вон на какую гору взобрался, самая бы пора отдохнуть, а ещеитти надо.

Эти вот и плетутся, как связанные, смотреть на них тошно.

Расскажет мальчонка про эти разговоры старику, а тот иобъясняет:

- Вот видишь, - гора-то на дороге силу людскую показывает. Инойпо ровному месту, может, весь свой век пройдет, а так своей силы и неузнает. А как случится ему на гору подняться вроде нашей, с гребешком,да поглядит он назад, тогда и поймет, что он сделать может. От этого,глядишь, такому человеку в работе подмога и жить веселее. Ну, и слабогочеловека гора в полную меру показывает: трухляк, дескать, кислая кошма,на подметки не годится.

Мальчонке, понятно, неохота в трухляки попасть, он и хвалится:

- Дедо, я на эту гору ежедень бегом подыматься стану. Вотпогляди.

Старик посмеивается:

- Ну, что ж, худого в этом нет. Может, и пригодится когда.Только то помни, что не всякая гора наружу выходит. Главная гора -работа. Коли ее пугаться не станешь, то вовсе ладно будет.

Так вот и учил дедушко Василий своих подручных, а те своимребятишкам это передали. И до того это в наших местах укоренилось, чтоВасина гора силу человека показывает, что парни нарочно туда бегали,подкарауливали своих невест. Узнают, скажем, что девки ушли за гору поягоды либо по грибы, ну, и ждут, чтобы посмотреть на свою невесту насамом гребешке: то ли она голову повесит, то ли песню запоет.

Невесты тоже в долгу не оставались. Каждая при ловком случаестаралась поглядеть, как ее суженый себя покажет на гребешке Васинойгоры.

И посейчас у нас эта гора не забыта. Частенько ее поминают и недля рассказа про старое, а прямо к теперешнему прикладывают:

- Вот война-то была. Это такая гора, что и поглядеть страшно, аведь одолели. Сами не знали, что в народе столько силы найдется, а горапоказала. Все равно, как новый широкий путь народу открыла. Коли такоесделал, так и много больше того сделать можешь.