Новости Родителям Праздники Игротека Здоровье Библиотека Воспитание Развитие Форум
Популярные рубрики
Поиск
 

Павел Петрович Бажов

Про главного вора

Сказ дегтярского горняка

Как мне здешние места не знать! В этой самой деревне Кунгурке родился,около нее всю жизнь по рудникам да приискам кайлой долбил да лопаткойширкал. Все, можно сказать, тропки отоптал, всякий ложок обыскал, каждуюгорушечку обстукал, - не пахнет ли где золотишком, не звенит ли серебро,не брянчат ли хоть медяшки. Найти немного нашел, а людей-таки повидал,кого - с головы, кого - с пяток.

И про старину слыхал. Много старики сказывали, да память у меня на этиштуки тупая. Все забыл, сколь ни занятно казалось. Про одного вот толькостаринного немца в голове засело. Это помню. Недаром его прозвали "главныйвор". Главный и есть! Про такого не забудешь.

Немецких воров тоже и живых немало видать случалось. Одного такогофон-барона с поличным ловить доводилось. Бревером звали, а прозвище емубыло Усатик.

Старались мы тогда артелкой недалеко от горного щита (деревня ГорныйЩит.-пр.ск.), а этот фон-барон Усатик держал прииск рядом, на казеннойземле. И что ты думаешь? Стал он у нас песок воровать. Зароются, значит, внашу сторону и таскают из нашего пласта. Ну, поймали мы этого Усатика натаком деле, а он, прусачье мясо, хоть бы что.

- Фуй, какой, - говорит, - малый слеф! Бутилка фотки такой слеф нестоит.

Этим пустяком и отъехал. Другой раз поймали, опять отговорку нашел.Рабочие, дескать, прошиблись маленько. Да еще жалуется:

- Русски рабочий очень плех слюшит. Говориль ему - пери зюд-вест,фсегда пери зюд-вест, а он перет ост. Штраф такая работа надо!

И хоть бы покраснел. А сам важной такой. Усы по четверти, брюхо нааршин вперед, одежа, как полагается по барскому званью. Кабы не поймали споличным, ввек бы никто не подумал, что такой барин придумал эку пакость -песок воровать. А горнощитские старатели, которые на немцевом приискеколотились, в одно слово сказывали - только о том и наказывал:

- Ост пери! Фсегда ост пери! Там песок ошень лютший.

Да ведь еще что придумал? Как сорвала с него наша артелка четвертнойбилет за воровство, так он хотел эти деньги со своих рабочих выморщить:вы, дескать, виноваты. Ну, те не дались, понятно. Объявили - в суд пойдем,коли такая прижимка случится.

Тоже в здешних местах немцев видал. В те годы Дегтярского рудника и впомине не было. Один Крылатовский гремел. На три чаши там работу вели. По-старому это немало считалось. Ну, старатели тоже кругом копошились.Поводок к нашей Дегтярке обозначаться стал. То один, то другой, глядишь,найдется занятный камешок. Разведывать помаленьку стали. Немец иобъявился. Он хоть был толстоносый, а нюх на эти дела у него не хуже самойчутьистой собаки. Он на такую штуку, чтоб к чужому подобраться, оказалсявовсе легкий. Вроде пушинки прильнет - и не заметишь. А доверься ему, такне то что кошелек с добычей - ложку из-за голенища стянет. Не побрезгует!

Сысертские владельцы большой приверженности к немцам не имели, а немцывсе-таки подобрались как-то, - мы, дескать, тут шахту бить станем. Ну,сговорились, заложили шахту. Берлином ее прозвали для важности. Знай,дескать, наших! А сами-то вовсе были мелкодушные ворюги. Пустяк какой, - итот прикарманят и штрафами народ донимают невмочь. Недаром рабочих большеиз башкир нанимали. Наши, известно, хоть маленько за себя постоять могли,а башкирам при старом-то положении вовсе туго приходилось. Немцы этим ипользовались. Потому у этой шахты в поселке больше башкиры да чувашиживут.

Эту шахту, конечно, теперь по-другому зовут. Вскорости после революциией новое имя дали. При моих глазах было. Как сейчас помню. Собрались этоперед началом работы. Ну, тут и говорят, какое бы новое имя придумать,чтоб немецкий этот Берлин без остатка покрыло. Тут и вышел на кругбашкирец один - дедушко Ирхуша Телекаев. В недавних годах он помер, атогда еще в силах был. Ну, все-таки старенький и видел плоховато, а рукамидюжий. Все, понятно, удивились, как он к разговору вышел, подбадривают:

- Говори, дедушко Ирхуша! Сказывай, что придумал.

Старик и отвечает:

- Знаю такое слово. Оно все перекрыть может.

- Какое? - спрашивают.

- Большевик, - говорит, - такое слово будет.

Все, конечно, захлопали в ладоши.

- Правильно сказал, дедушко Ирхуша!

С той поры эту шахту и стали так звать. На прежнюю она, понятно,нисколько не походит. По-новому все устроено. Ну, да ладно. Не про эторазговор. Про другого немца в голове держу.

Этот был на особу стать. Такой ворина, что другого, может, по всемземлям не сыскать. Он все здешние заводы у казны украл и целую горузаглотил. И не подавился. Вот какой брюхан!

Так, сказывают, дело вышло. По нашим местам только и было заводчиков,что казна да Демидовы. Демидовы из кузнецов вышли. В заводском деле онипонятие имели. Немцев им ни к чему, своим народом обходились. А приказенных заводах в ту пору немцев порядком сидело. Пособлять делу будто ихнавезли. Они, значит, и пособляли левой рукой из правого кармана. Может, ине все на одну колодку были, а все-таки дело у них не шло. От всех заводовказне убыток. Кому это поглянется? А тут еще Демидовы, как тесто нахорошей опаре, на глазах у всех подымались-богатели дальше некуда. Вот ипошел разговор, какую перемену сделать, чтоб казне от заводов тоже прибыльшла.

У немцев в ту пору при царице которой-то большая сила была. Как насобачью свадьбу их сбежалось, и все в чинах. Этот - генерал, другой -министр, а у третьего должность того выше - при царице вроде мужа ходит.Ну, и мелких большая стая. Вот и стали эти царицыны немцы поддувать:"Надо, дескать, из немецкой земли такого умного добыть, чтоб он все дело оказенных заводах распутал".

Так и сделали. Привезли еще какого-то немца. Для начала ему всякихчинов надавали. Стал он называться обер-гер, над горами голова, а наповерку вышел несусветный вор, ненасытно брюхо.

Привели этого немца к царице, нахваливают его всяко

- Этот, дескать, может всякий убыток в прибыль обернуть.

Царица обрадовалась, говорит:

- Давно такого нам надо. Осмотри, сделай милость, казенные заводы идай полное тому делу решение.

- Хорошо, - отвечает, - только надо сперва все до тонкости разобрать,а на это время потребуется.

- Об этом, - говорит царица, - не беспокойся. Жалованье положимподходящее, прогон генеральский. Поезди погляди своими глазами.

Приехал этот немец в здешние места. Поразнюхал дело. А в те годы самыйбольшой разговор был о горе Благодати. Какой-то, сказывают, охотник принескамешки с этой горы в наш город и показал горному начальству. Те видят -железная руда самого высокого сорту, живо нарядили знающих людей поглядетьна месте. Оказалось, - вся гора из сплошной руды. Понятно, такое местосразу застолбили и за казну взяли. Вскорости завод тут строить стали.Вовсе по-хорошему.

Демидов, конечно, мимо этого дела не прошел, тоже руки к рудной горепротянул. Да еще что! На своих приспешников накинулся.

- Куда глядели? Почему охотника с рудой до начальства допустили?

Приспешникам что делать? Они, сказывают, взяли да и убили тогоохотника, чтоб напредки другие не смели мимо Демидова руду проносить.

Одним словом, круто заварилось.

Тут еще один заводчик выискался, Как услышал про рудную гору, заявкуподал:

- Допустите в долю! Это место мне давно ведомо. На него и метил, каксвой завод ставил.

Немец из этого понял - большой кусок эта гора Благодать. Не сталбольше по заводам трястись, сразу к царице уехал.

- Так и так, - говорит, - оглядел я все заводы и вижу - самоеприбыльное эти заводы по рукам раздать. Без хлопот тогда будет. А мне затакой совет отдать гору Благодать. По крайности, тогда никакого спору небудет. Ну, и заводы, которые при горе строятся, мне же отдать причтется,чтоб из-за них беспокойства не случилось. Уж потружусь как-нибудь.

Остальные немцы, которые при этом разговоре случились, радуются,похваливают:

- Ай, малатец, какой! Ай, малатец! Все сразу понималь.

Из русских бар тоже мошенников нашлось. Стали тому немцу поддувать:

- Мы де на это согласны. Можем любой завод за себя перевести, особливоежели бесплатно, либо в долг на многие годы.

Царице и думать нечего. Да у ней только три слова грамоты и было-сослать да повесить, да быть по сему. Живо немцу бумажку нужным словомподмахнула.

С той поры вот все казенные заводы и расползлись по барским рукам, анемец тот - главный-то вор - больше всех захватил. Ему гороблагодатскиезаводы достались, да еще царица сделала его главным над всеми здешнимизаводами. Он и давай хапать, что углядит.

Другие, коим по заводу из казны попало, хоть в должниках числились, аэтот как раз наоборот. Сам не платил, а новые долги делал и так ловкоподводил, что все эти долги на казну переписывал. Я, дескать, тружусь,дураков ловлю да деньги из них вытягиваю, а казна пусть платит. Тогда ивыйдет без обиды.

Мало этого показалось, так стал железо с казенных заводов, котороераньше было сделано, от себя продавать.

До той поры хозяйничал, пока та царица ноги не протянула. Тут,понятно, взяли кота поперек живота, а он отговаривается, дескать, человекнемецкий и по здешним законам судить невозможно. Ну, говорят, сослали все-таки, а воровскую выдумку, чтоб казенные заводы по рукам расхватывать, незабросили. Это, видно, по душе пришлось.

Вот про этого старинного немца памятка по заводам и держится. Так изовут его: обер-гор - главный вор, - гору проглотил и заводы у казныукрал.