Новости Родителям Праздники Игротека Здоровье Библиотека Воспитание Развитие Форум
Популярные рубрики
Поиск
 

Лидия Алексеевна Чарская

Фея в медвежьей берлоге

Шумел лес, гудел ветер, столетние сосны плакали и стонали... Стараяколдунья Метель кружилась в дикой пляске. Дедко Мороз смотрел на нее,хлопал в ладоши и восклицал с довольным видом, потирая руки:

- Лихо! Ой, бабушка Метелица, лихо! А лес шумел, и старые сосныплакали и стонали. Кругом было темно, неприветно. Звери попрятались к себев берлоги, чтобы переждать в них лютую непогоду. Им было весело, тепло иуютно. У всех у них были семьи, были добрые, ласковые детки, были родные.

У серого Мишки не было никого. Совсем одинок на белом свете был серыйлохматый Мишка. И жил он, как отшельник, один-одинешенек в самой чаще леса,и никто никогда не заглядывал к нему.

Он был большой-пребольшой и сильный-пресильный, такой большой и такойсильный, что все его собратья-медведи казались слабыми малютками всравнении с ним.

И все звери его боялись: и зайцы, и лисицы, и волки, и медведи. Да,даже медведи боялись его, когда он шел по лесу, весь всклокоченный,огромный и страшный, со сверкающими глазами; и как только он своейнеуклюжей, тяжелой поступью выходил из берлоги, все бежало, сворачивая всторону с его пути.

А между тем он никому не сделал зла и был страшен только потому, чтоодичал в одиночестве.

А одиноким он был давно. Давным-давно пришел он в этот лес из глухого,черного бора и поселился здесь, в чужом лесу, в новой, наскоро им самимвырытой берлоге.

Люди отняли у него медведицу-жену и детей-медвежат, убили их, а егосамого ранили пулей. Эта пуля крепко засела в толстой медвежьей шкуре инапоминала ему о том, что люди его враги, что они сделали его несчастным навсю жизнь. И серый Мишка ненавидел людей, как только можно ненавидеть самыхзлейших врагов. И зверей он ненавидел: ушел от них в лес подальше и нехотел дружить с ними. Еще бы! Ведь они были счастливы по-своему, а емуодинокому, обиженному и одичавшему, было больно смотреть на чужое счастье.

В те дни, когда кружилась метель и пел ветер, он чувствовал себялучше, и легче и веселее становилось у него на душе. Он залезал в своюберлогу, лизал лапу и думал о том, как злы и жестоки люди и как онненавидит их - он, большой, серый, косматый медведь.

Шумел лес, кружилась метелица и старые сосны скрипели.

Мишка лежал на своей постели из мха и листьев и ждал приближения ночи.Ему хотелось уснуть хорошенько, чтобы забыть и злобу, и ненависть, и тоску.

И вдруг в полутьме его берлоги что-то блеснуло неожиданно ярко.Какой-то розовый комочек перекувырнулся в воздухе и упал к самым ногаммедведя.

Мишка наклонился, взял в лапу розовый комочек и поднес его к самымглазам, стараясь рассмотреть неизвестный предмет.

Смотрел Мишка, смотрел - и брови его нахмурились, глаза сверкнули.

- Неужто человеческое существо! - произнес он сердито. - Хотя икрошечное, маленькое, а все-таки человеческое существо, человек. Да, да, нечто иное, как человек.

Действительно, то, что лежало бездыханное на широкой мохнатой еголапе, было очень похоже на человека; только оно было ростом в мизинец, небольше, и с лучистыми крылышками за спиною.

Оно казалось мертвым, это маленькое человеческое существо сосветящимися крылышками за спиною, с прелестным, хотя и посиневшим от холодаличиком.

Но медведь злобно смотрел на маленькое существо, не заметя, как онопрекрасно. Ему хотелось уничтожить его, потому что маленькое существо былопохоже на его врага - человека.

Мишка уже занес другую лапу, чтобы убить ею малютку, как вдругсогретое горячим медвежьим дыханием маленькое существо ожило,встрепенулось, открыло глазки и зашевелилось своими лучистыми крылышками...И вся внутренность берлоги сразу осветилась ярким светом, и странные звукиточно серебряного колокольчика, звуки, каких угрюмый Мишка никогда в жизнине слыхал, наполнили все уголки и закоулки его жилища. И показалось Мишке,что в его берлоге стало светло, как в первый день ясного мая, и что запахлов ней цветами, весенними душистыми цветами старого леса...

А странное существо с блестящими крылышками, раскрыв, свои глазки,залилось звонким смехом.

- О-о, какой смешной, странный медведь, - звенело оно, - какойбольшой, дикий медведь! Не думаешь ли ты убить меня? Ха, ха, ха, ха! Вотглупый, глупый Мишка! Поднял свою косматую лапу, ворочает своими свирепымиглазами и думает, что напугал этим маленькую фею.

- Разве ты фея, а не человек? - удивился медведь.

- Ну, конечно, фея, глупый! Люди велики и неуклюжи, а я мала и изящна,как цветок. Вглядись-ка в меня хорошенько. Разве бывают люди такиеграциозные, такие подвижные, как я? И потом, я не боюсь смерти, как люди!Если ты убьешь меня, я превращусь в тот цветок, из которого я появилась, иновая жизнь улыбнется мне. Бабочки будут порхать вокруг меня, пчелы станутнапевать свои мелодичные песенки, а серебряный луч месяца расскажет мнетакие чудесные сказки, каких ты, большой, серый, неуклюжий медведь,наверное, не слыхивал. Когда же придет осень и цветы завянут, я превращусьснова в фею, лучистую, красивую, как сейчас, и улечу на зиму в южныестраны.

- Но как же теперь, в такую стужу, ты осталась здесь и чуть живаяочутилась в моей берлоге? - заинтересовался медведь.

Фея засмеялась еще веселее.

- О, о, это мой маленький каприз! - вскричала она весело. - Я хотелаувидеть зиму, метель, вьюгу, я хотела услышать песенку ветра, чтобы потомпохвастать всем виденным перед моими подругами! И я спряталась в дуплостарой сосны, думая полюбоваться оттуда на все это. Но стало холодно, такхолодно, что я закоченела. Я привыкла к теплу и свету, к радостям жизни иаромату цветов. А тут еще старый дятел, хозяин дупла, выгнал меня из своегожилища. Глупый дятел совсем не понимает вежливого обращения с такимихорошенькими феями, как я. Ветер подхватил меня, вьюга закружила мне головуи... и не знаю, как я очутилась в твоей берлоге, на твоей косматой лапе,серый медведь.

- А ты не боишься, что я съем тебя? - поинтересовался снова Мишка.

- Нет, не боюсь... Я самая хорошенькая фея, какая может тольковстретиться в вашем лесу, и тебе жаль будет съесть меня, - сновазасмеялось-зазвенело странное существо. - И потом я буду рассказывать тебесказки, и тебе будет веселее со мною, чем одному. О, ты не знаешь еще,какие сказки умеет рассказывать фея Лиана.

- Тебя зовут Лиана? - осведомился медведь.

- Да, меня зовут Лианой! Розовый Май, мой крестный отец дал мне этохорошенькое имя. Что же, ты все еще хочешь прогнать меня из своей берлоги?Или ты хочешь съесть меня, глупый серый медведь?

Медведь нахмурился и усиленно засосал лапу. Ему жалъ было расставатьсясо звонким и нежным, как серебряный колокольчик, смехом, и с ярким светом всвоей берлоге, и с ароматом весенних цветов, который наполнил ее споявлением феи.

Но она, эта маленькая фея, так была похожа на человека, а он, Мишка,ненавидел людей и обещал отомстить им за то, что они сделали его одиноким.Не отомстить ли ему заодно и маленькой фее?

Пока Мишка думал о том, как ему быть, фея, не дожидаясь, началатихонько, вполголоса, рассказывать ему сказку, такую сказку, какой,наверное, не знал сам могучий зеленобородый хозяин леса, лесовик.

А когда Лиана кончила свою сказку, суровое, угрюмое выражение сошло сморды медведя, складки на лбу расправились и глаза загорелись приветливым,мягким светом.

- Ты можешь остаться в моей берлоге! - разрешил он милостиво Лиане. -Тебе будет здесь тепло, хорошо и уютно!

И Лиана осталась.

"У меня была медведица-жена и трое медвежат, ласковых и игривых. Ихотняли злые люди, и я остался одиноким, угрюмым медведем. Звери боятсяменя. А Лиана не боится. Она доверяет мне. Она садится мне на лоб итормошит меня за уши, она трогает мои острые, огромные зубы своими нежнымипальчиками, дует мне в глаза, а когда я морщусь от этого, она заливаетсязвонким смехом над моими невольными гримасами. Она не боится меня, нечуждается, она привыкла ко мне и не хочет мне зла. Злые люди отняли у менямедведицу и трех славных медвежат, а судьба за это подарила мне Лиану. Будузаботиться о Лиане за ее доброту и ласку ко мне", - так рассуждал медведь,ступая по лесу, а звери с недоумением смотрели ему вслед.

- Удивительно, что сталось с нашим букой. Он выглядит многоприветливее и добрее! - говорила кумушка-лисица молодому лесному волку.

Тот прищурился вслед медведю и, виляя хвостом, процедил сквозь зубы:

- Не удивляйтесь. Если бы в вашей норе стало так светло, уютно ипрекрасно, как у него в берлоге, вы бы тоже изменились, как он.

Фея Лиана совершенно преобразила суровую, неприветную берлогу Мишки.

Вместе с ярким светом своих крылышек, вместе с ароматом цветов ижурчаньем сказок она внесла веселье, жизнь, сердечность и радость в уголбедного одинокого медведя.

И Мишка за это платил беззаветной преданностью и верной службоймаленькой фее.

Он всячески старался угождать ее малейшим капризам, угадать каждое еежелание.

А желаний и капризов у феи Лианы было немало.

Однажды ей захотелось иметь тот цветок розы, который она виделакогда-то в окне соседней с лесом деревушки.

Мишка отправился в деревню и похитил цветок, рискуя собственнойшкурой. Но оказалось, растение представляло один только жалкий стебелек слистьями, а самого цветка уже не было на нем. Роза давно отцвела.

Лиана затопала ножками от досады и успокоилась только тогда, когдаМишка, вместо розы, устроил ей крошечную колесницу из сосновой хвои, впрягв нее белку, пойманную им в лесу, и Лиана могла разъезжать в своем новомэкипаже по всей берлоге.

Но интереснее всего было то, что фея Лиана научила плясать угрюмого,серого Мишку.

Когда ей надоедало рассказывать сказки или кружиться по берлоге сосвоей белкой, она заставляла петь сверчков в углу их жилища и приказывалаМишке плясать одну из тех неуклюжих потешных плясок, которые умеютисполнять одни лишь медведи.

И Мишка плясал, чтобы только угодить своей маленькой гостье. А когдаон уставал и пот градом катился с его тяжелой шкуры, Лиана вспархивала емуна голову и махала над ним своими легкими крылышками, и медведю от этогостановилось прохладно и легко. Так весело и хорошо протекало время вмедвежьей берлоге. Серый медведь давно забыл свое горе. Он крепко полюбилЛиану и, не задумываясь, отдал бы жизнь за нее.

Наступила весна. Снег в лесу растаял. Потекли быстрые ручейки вложбинах. Белый подснежник сиротливо выглянул из зеленой травы.

Мишка увидел подснежник, сорвал его и принес Лиане. Веселая фея привиде первого весеннего цветка побледнела разом и стала сама белеепринесенного подснежника. В глазках Лианы отразилась безысходная грусть.Она сложила свои крылышки и вся опустилась и потемнела,

- Что с тобою, Лиана? - испуганно наклонился к ней медведь.

- Ах, ничего, ничего... - произнесла она таким голосом, от которогоболезненно замерло медвежье сердце.

Но расспрашивать про ее горе он не посмел, потому что боялся еще болеерастревожить маленькую фею.

Прошел еще месяц, и лесная лужайка запестрела цветами. Красавчик Майвыглянул из своей нарядной колыбели и поздравил с праздником природу. Емуответил жаворонок мелодичной и звонкой трелью. Эта трель достигла слухаЛианы. Она затрепетала и забилась от нежных звуков птичьей песенки. Глазаее широко раскрылись, в них появились слезы.

Медведь увидел эти слезы и произнес с чувством:

- Люди, слыхал я, плачут много и сильно, но феи - никогда. Толькобольшое горе может вызвать слезы на веселых глазках феи. У тебя, вероятно,есть какое-нибудь горе. Ты хочешь на волю, Лиана, к таким же веселым,маленьким феям, как и ты!

Но фея заплакала еще сильнее, услышав эти слова.

- Нет, нет, я не уйду от тебя! Лиане жаль оставить тебя сноваодиноким, - говорила она. - Ты будешь скучать без меня, потому что я успеласвоими сказками, своей веселой болтовней и смехом заставить тебя забытьтвое горе. Нет, я не уйду от тебя, я не хочу быть неблагодарной: ты дал мнеприют в своем жилище, когда мне некуда было деваться, ты спас меня от стужии смерти... Нет, нет, я не оставлю тебя! Будь покоен, мой Друг! СердцеМишки забилось радостно и тепло. Он понял, что не все в мире несправедливыи жестоки. И он еще крепче полюбил своего друга - маленькую фею за ееслова.

Все пошло по-старому, только Лиана не выглядывала больше из медвежьейберлоги и поминутно затыкала свои маленькие уши, чтобы не слышать трелейжаворонка, заливавшегося в лесу.

И вдруг однажды, когда медведь дремал на свежей моховой постели, аЛиана, сидя около его уха, нашептывала ему свои прелестные сказки, вберлогу влетел хорошенький голубой мотылек. На спине мотылька сиделачудесная маленькая фея, как две капли воды похожая на Лиану.

- Привет тебе! Привет тебе! - залепетала она, бросаясь в объятияЛианы. - Наконец-то я нашла тебя, сестра! Я искала тебя по всему лесу,чтобы сказать тебе приятную новость. Завтра в первое новолуние мы, лесныефеи, празднуем избрание нашей королевы. Каждая из нас расскажет то, чтовидела интересного за эту зиму. И та, чей рассказ будет лучше всех,сделается нашей повелительницей. Я прилетела известить тебя об этом сюда,потому что лесная мышь сказала мне, что тебя можно найти в медвежьейберлоге. Смотри, не забудь прилететь завтра на наше торжество.

И, прозвенев все это своим колокольчиком-голоском, фея-гостья сноваумчалась на спине своего возницы - мотылька.

Мишка взглянул на Лиану. Она лежала, вся съежившись, в самом дальнемуголку берлоги. Ее глаза, широко раскрытые, выражали такую безысходнуютоску, что медведь не выдержал и произнес глухим, убитым голосом:

- Ступай, Лиана! Ступай обратно в твое майское царство зелени, песен ицветов! Ты появишься среди веселых маленьких фей, расскажешь им про дружбуи преданность сурового одинокого медведя, и они выберут тебя своейкоролевой, потому что твоя сказка будет самой интересной из всех. Прощай,Лиана, лети в свое царство! Феи должны быть свободны, должны жить ирадоваться среди цветов, и не место им в темной и душной звериной берлоге.И с этими словами он сиротливо поник своей косматой головою.

Лиана встрепенулась. Ей было бесконечно жаль оставить доброго,славного Мишку, которого она успела приучить к себе и которого заставилазабыть его одиночество; но в то же время ее неудержимо тянуло в царствомаленьких фей, зелени, цветов, в царство веселья и радости, из которого онаявилась. Недолго колебалась маленькая, розовая фея. Бросила она последнийвзгляд на медведя, кивнула ему хорошенькой головкой и, расправив блестящиекрылышки, нежно прозвенела ему на ушко свой прощальный привет. А потом, сболью в сердце, но с сознанием возвращенной свободы, улетела, как быстраяптичка, из медвежьей берлоги.

Она примчалась с быстротою молнии на посеребренную лунным сияниемцветочную поляну как раз в ту минуту, когда под звуки соловьиной песни однаиз фей, сидя на троне будущей королевы, закончила свою сказку.

Вокруг трона королевы, на чашечках ночных фиалок, сидели крошечные феии аплодировали рассказчице.

- Ее сказка лучше всех остальных! - звенели они своимиколокольчиками-голосами. - И прелестная рассказчица должна быть нашейкоролевой.

Но тут появилась Лиана и, опустившись на цветок дикого левкоя,рассказала им правду-быль о том, как злой, страшный, угрюмый, дикий медведьстал добрым и кротким с тех пор, как в его берлоге появилась крошечная фея,и как он полюбил фею, как заботился о ней и как ему не хотелосьрасставаться с нею. А в заключение она рассказала и о том, как самой феежаль было оставить одинокого Мишку с разбитым сердцем...

Эта сказка была так хороша, что даже соловей затих, прислушиваясь ккрасивому повествованию.

И маленькие эльфы плакали, слушая сказку Лианы, плакали, слушая сказкуо разбитом медвежьем сердце.

И когда она кончила, цветы и феи, соловьи и ночные бабочкиаплодировали ей.

И все в один голос выбрали ее королевой. Светляки зажглись в траве иосветили картину ночного майского праздника. Лиану посадили на трон, имногочисленная свита воздушных маленьких фей старалась предупредить каждоежелание новой королевы.

Но королева смотрела печально на всех своими красивыми глазками.

Ей представлялась далекая, темная берлога, невзрачная постель изстарых листьев и мха и одинокий, бедный, печальный медведь, думающий стоскою о ней - королеве...